Тебе не нужен дом... Пусть ни одно жилище тебя не сможет удержать! Небесный свод – твоя незыблемая кровля, трава – постель, а пища – то, что случай тебе даст. Хорошо ли она приготовлена, или же дурно, пусть это для тебя будет все равно! Нет такой пищи, ни питья, которые могли бы осквернить стремящееся к самопознанью твое «Я»… Уподобляйся вечно бегущему потоку... Уподобляйся, отважный Саньясин!
Понятие майи не предлагается как теория для объяснения мира. Оно представляет собой лишь утверждение того факта, что в самом основании нашего существования есть противоречие; что куда бы мы ни пошли, мы должны пройти через это ужасное противоречие: где есть добро, там должно быть и зло, а где зло, там должно быть и добро; за жизнью всегда, как тень, следует смерть; все, кто смеется сегодня, будет завтра плакать, а кто теперь плачет, будет потом улыбаться. И это положение вещей не может быть изменено. Конечно, мы можем вообразить в будущем существование такого места, где будет только добро и вообще не будет зла, где мы будем только радоваться и никогда не будем плакать, но греза эта невозможна по самой природе вещей, так как условия везде и всегда останутся теми же. Где есть сила, заставляющая нас улыбаться, там сторожит также и сила, приносящая слезы. Где есть сила, дающая нам счастье, там подле нас прячется сила, делающая нас несчастными.
Бог внутри вас побуждает вас искать Его, воочию познать Его. После долгих поисков здесь и там, в храмах и церквах, на земле, на небе и во всех направлениях мы возвращаемся наконец назад, заканчивая круг в точке, от которой отправились, – назад к нашей собственной душе и находим, что Тот, Кого искали по всему свету, к Кому обращались с молитвами и слезами в храмах и церквах, на Кого смотрели как на тайну всех тайн, скрытую за облаками, что Он был ближе всего к нам, что это наше собственное Я, сущность нашей собственной жизни, наше тело и наша душа.
Есть только один Атман, одно Я, вечно чистое, вечно совершенное, неизменяющееся и неизменяемое. Оно никогда не меняется, и все изменения во Вселенной – только как бы грезы этого одного Я. Его имена и формы рисуют все эти грезы. Форма создает отличие волны от моря. Но представьте, что волна улеглась: осталась ли форма? Нет, она исчезла. Существование волны вполне зависит от существования моря, но существование моря совсем не зависит от существования волны. Форма остается только до тех пор, пока есть волна, но, когда волна теряет форму, она не может остаться и исчезает. Имя и форма причина того, что называется майя. Это майя делает нас индивидуальными, заставляет одного казаться отличным от другого.
Это факт, что наш мир – Танталов ад, мы ничего не знаем о Вселенной и в то же время не можем сказать, что вообще ничего не знаем. Я не могу сказать, что эта цепь (указывая на часовую цепочку) существует, но когда я думаю о ней, то знаю, что она существует, хотя это, может быть, и иллюзия моего ума. Я, может быть, все время вижу сны. Может быть, мне грезится, что я беседую с вами и что вы слушаете меня. Никто не может доказать, что это не так. Само существование моего ума, может быть, иллюзия, так как никто никогда не видел своего ума; и все-таки мы считаем существование его доказанным. То же самое и относительно всего прочего. Я не считаю несомненным существование моего тела и в то же время не могу сказать, что оно не существует или что оно не мое. Таким образом, мы стоим между знанием и незнанием, в таинственной полутьме, где истина смешивается с заблуждениями, но где именно они встречаются – никто не знает. Мы бродим среди грез, наполовину спящие, наполовину бодрствующие, проходя всю нашу жизнь в тумане. Это участь каждого из нас. Это судьба любого чувственного знания, любой философии, всей нашей хваленой науки. Такова Вселенная!
Но мы должны не только понимать эту свободу умом, но ощущать ее гораздо более определенно, чем воспринимаем этот мир. Тогда мы будем свободны. Тогда и только тогда исчезнут все недоумения, будут успокоены все тревоги сердца и исправлены все заблуждения; тогда исчезнет иллюзия множественности, и природа, и майя, вместо того чтобы быть ужасными безнадежными грезами, как теперь, станут прекрасными, и наша земля из тюрьмы, какой она является сейчас, превратится в театральную сцену. Все опасности, помехи и страдания будут как бы обожествленными и обнаружат свою истинную природу, находящуюся в скрытом состоянии позади всего и составляющую сущность всех вещей, то Одно, которое все они представляют и которое есть Он, мое собственное истинное Я.
Индусы изучали ум путем метафизики и логики. Европейцы исходили из внешней природы. Но как те, так и другие пришли к одному результату. Исследуя природу ума, мы пришли к Единству, Всемирному Одному, самой сокровенной Душе всех вещей, Сущности и Реальности всего, к Вечно Свободному, Вечно Блаженному и Вечно Существующему. А теперь наука о материи привела нас к Тому же Единству, к тому Одному, проявлением Которого являются все эти формы и силы, представляющие собой совокупность всего существующего. В этом объединении религии и науки путь человечества к нравственности, а, следовательно, и к свободе, так как путь к свободе лежит через нравственность, а безнравственность всегда ведет к рабству.
Сумма его, действующая в настоящее время во Вселенной, должна быть равна сумме разума, находившегося в свернутом состоянии в непроявленной Вселенной. Этот всемирный Космический Разум и есть то, что мы называем Богом. Называйте его какими хотите именами, но это не ослабит верности положения, что началом всего был этот бесконечный Космический Разум. Существуя вначале в своих тонких формах, он стал потом тем самым разумом, который теперь действует и развивается, пока не проявится в виде совершенного человека, «человека-Христа», «человека-Будды», и затем опять вернется назад к своему первоисточнику. Вот почему все писания говорят: «В Нем мы живем, движемся и существуем». Вот почему все они проповедуют, что мы пришли от Бога и идем к Богу.
Таким образом, мы видим, что человеческое существо составлено, во-первых, из внешней оболочки, тела, во-вторых, из тонкого тела, состоящего из ума и интеллекта, ощущений и сознания, и, наконец, из скрытого за ними истинного Я человека. Мы видим также, что все качества и способности плотного тела заимствованы от ума, а качества и способности тонкого тела, или ума, – от души.
Наша Вселенная есть то, что мы воображаем или чувствуем. Чувствуем же мы то, что приходит в непосредственное соприкосновение с нашими телами, а воображаем то, что находится в нашем уме. Поэтому все, что вне области нашего тела и ума, недоступно чувствам и воображению, а следовательно, находится вне нашей Вселенной. Выше закона причинности есть только свободный Властелин, Я, и это Я управляет всем тем, что подчинено закону. Человеческое Я господствует над всяким законом и должно быть свободно. Оно не может быть соединением или результатом какого-нибудь процесса смешения, следствием какой-нибудь причины. Оно не может умереть, потому что смерть значит распадение на составные части, а то, что никогда не было соединением, никогда не может и распасться. Сказать, что оно может умереть, значило бы допустить противоречие в словах.
Сознательно или неосознанно каждое человеческое существо ищет свою родственную душу. На самом деле наша родственная душа, это мы сами, другой полюс нас самих, который живет наверху рядом с Богом, в совершенстве и полноте. Вот почему во всех посвящениях учеников учили, как его найти. В Индии Джнани-йога дает методы, благодаря которым йогу удается слиться со своим высшим «я», потому что только соединившись со своим высшим «я», он соединяется с самим Богом. В Греции та же идея выражена в надписи на фронтоне дельфийского храма: «Познай самого себя». На самом деле эта фраза имеет не тот смысл, который ей обычно приписывают: знай, что ты есть человек и как человек ты ограничен. Истинное познание – это слияние двух принципов. В этом смысл слов книги Бытия: «И Адам познал Еву» или «Авраам познал Сару»... Таким образом, «познай самого себя» означает найти другой полюс в себе самом, свою дополняющую часть. Если вы мужчина, другой полюс в вас – это женский принцип, и если вы женщина – это мужской принцип, с которым вы сливаетесь в чистоте и свете.